О журнале

Правила

публикации

Требования

к материалам

Контакты

Приветствуем вас на страницах сайта журнала

"Этнос и право"!

№ 1 2014 год
№ 2 2014 год
№ 1 2015 год
№ 2 2015 год
№ 3 2015 год
№ 4 2015 год
№ 1 2016 год
№ 2 2016 год
№ 3 2016 год
№ 4 2016 год
№ 1 2017 год
№ 2 2017 год
№ 3 2017 год
№ 4 2017 год
№ 1 2018 год
№ 2 2018 год
№ 3 2018 год
№ 4 2018 год
№ 1 2019 год
№ 2 2019 год
№ 3 2019 год
№ 4 2019 год
№ 1 2020 год
№ 2 2020 год
№ 3 2020 год
№ 4 2020 год
№ 1 2021 год
№ 2 2021 год
 



Право на самоопределение: нормативное регулирование и роль институтов гражданского общества в его реализации

(на примере Республики Мордовия)

Пинчугина Елена Николаевна, магистрантка 2 курса очной формы обучения направления подготовки «Юриспруденция» юридического факультета ФГБОУ ВПО «МГУ им. Н.П. Огарева»


el1979pin@yandex.ru


Аннотация: Статья посвящена характеристике способов нормативного закрепления права на самоопределения по международному праву и внутригосударственному законодательству России. Дан содержательно-критический анализ основных документов в этой сфере. Определены условия и предпосылки реализации права на самоопределение в соотнесении с механизмами функционирования основных институтов гражданского общества, в том числе и на региональном уровне (на примере Республики Мордовия).

Ключевые слова: право на самоопределение, народ, нация, национальные меньшинства, глобализация, мультикультурализм, национальная самобытность, национальная автономия, институты гражданского общества.


Abstract: The article is devoted to the characteristic of the ways to fix the normative right to self-determination under international law and domestic law of Russia. Given a meaningful critical analysis of the basic documents in this sphere. Defined the conditions and prerequisites for the realization of the right to self-determination in accordance with the mechanisms of the functioning of key institutions of civil society, including at the regional level (by the example of Republic of Mordovia).

Keywords: The right to self-determination, the people, the nation, national minorities, globalization, multiculturalism, national identity and national autonomy, the civil society institutions.


Мировое сообщество в условиях тотальной глобализации стремится к достижению такого уровня межгосударственного согласия, который позволяет обеспечивать достижение единых целей взаимодействия субъектов самых различных уровней: от индивида до в различной степени организованных государственных и межгосударственных ассоциаций. И одна из главных проблем в связи с этим: не утратить и не потерять «лицо» каждого субъекта, его уникальность. А уникальность эта связана в первую очередь с национальным статусом соответствующего субъекта. Как он реализуется и насколько полноценно раскрывается в современных условиях?

Это «национальное» напрямую связано с возможностью или невозможностью конкретного народа реализовать его суверенные права, одно из которых – право на самоопределение – и составляет предмет настоящего исследования.

Право на самоопределение в сущностном плане должно трактоваться как возможность его носителя (народа, находящегося в колониальной или иной зависимости от другого государства / государств или существующего абсолютно или относительно независимо) самостоятельно определять свой политический статус [24, с. 17]. Такое самоопределение может быть внутренним (реализуется внутри какого-либо государства) или внешним (реализуется через выход из состава государства, образование собственной государственности, присоединение к другому государству) [см. также: 27, с. 174].

Нормативная регламентация права на самоопределение осуществляется на самых различных уровнях: международном (межгосударственном), внутригосударственном (национальном) и региональном (применительно к России – на уровне субъектов Российской Федерации).

Международные документы, формализующие право на самоопределение, можно разделить на две группы: 1) общие (постулируют право на самоопределение как особое «этническое» по своему содержанию право наряду с другими правами); 2) специальные (посвящены регламентации различных способов и средств, а также гарантий реализации именно права на самоопределение с целью недопущения, например, какой-либо дискриминации по национальному признаку, ксенофобии, расового и иных проявлений экстремизма).

К документам первой группы относятся Устав ООН [2], Всеобщая декларация прав человека 1948 г. [3], международные пакты о гражданских и политических правах 1966 г. [4] и об экономических, социальных и культурных правах 1966 г. [5] и др.

Акты второй группы представлены Международной конвенцией о ликвидации всех форм расовой дискриминации 1965 г. [6], Декларацией о правах лиц, принадлежащих к национальным или этни­ческим, религиозным и языковым меньшинствам 1992 г. [9], Декларацией о расе и расовых предрассудках 1978 г. [10] и пр.

Международные документы, таким образом, нацелены, в первую очередь, на существование и сохранение этнической и культурной самобытности различных наций и этносов. Так Декларация о правах лиц, принадлежащих к национальным или этни­ческим, религиозным и языковым меньшинствам 1992 г. [9], предписывает государствам охранять существование и самобытность национальных мень­шинств, поощрять создание условий для развития этой самобытности, а также принимать надлежащие законодательные и другие меры для достижения этих целей (ст. 1). Элементами такой самобытности практика международного общения признает религию, язык, традиции, культурное наследие.

Особым объектом международно-правовой охраны являются национальные меньшинства. В первую очередь, им предоставлены возможности: свободно выражать, сохранять и развивать свою самобытность в этнической, культурной, языковой и религиозной сферах; противостоять насильственной ассимиляции и защищаться от нее; поддерживать и развивать свою культуру, развивать ее; пользоваться достояниями своей культуры; активно участвовать в культурной жизни; создавать и поддерживать собственные культурные учреждения и пр.

Реализация соответствующих социально-культурных возможностей обеспечена политико-юридическими гарантиями. Лицам, принадлежащим к различным национальным меньшинствам, предоставляются права: участвовать в управлении делами государства; создавать свои общественные объединения, ассоциации; свободно выражать свое мнение; участвовать в работе неправительственных организаций; устанавливать и поддерживать свободные и мирные контакты с членами своей группы, проживающими на территориях других государств [26, с. 10].

Международное право запрещает любую дискриминацию в этнической сфере, обязывает государства предотвращать ее [5, 7, 8, 9 и др.].

Что касается отечественного законодательства, то следует отметить, что в нашем государстве решение национального вопроса начинается на конституционном уровне. При этом российская Конституция предполагает прямую связь национального вопроса с необходимостью реализации государственного суверенитета в масштабе всей страны. Именно государственный суверенитет – основа и условие решения национального вопроса. В нем в полной мере совокупно сочетаются интересы отдельной личности, этносов, наций, народностей, общества и государства в целом.

Сразу отметим, что термин «национальное меньшинство» только употребляется в пп. 8 ч. 71, пп. «б» ст. 72 Конституции Российской Федерации, но не конкретизируется. Используется он и в п. 1 ст. 8 Федерального закона «О библиотечном деле» [13].

В Основах законодательства Российской Федерации о культуре [11] схожим по смыслу с термином «национальные меньшинства» является термин «этнические общности, компактно проживающие вне своих национально-государственных образований или не имеющим своей государственности» (ст. 21). В этой статье предусмотрено право на национально-культурную автономию, механизм реализации которого подробно урегулирован Федеральным законом «О национально-культурной автономии» от 17 июня 1996 г. № 74-ФЗ [14]. Получается, что мы имеем проблему с отсутствием нормативной определенности в деле установления субъекта-носителя права на самоопределение.

В современной России проживает около 200 национальностей. Этот фактор как объективный однозначно должен учитываться (и учитывается) не только в политике государства, но и в праве. Опыт нашей страны в этом смысле уникален, но тем не менее, и он требует доктринального обоснования. На сегодня таким научным аргументом является теория мультикультурализма, признающая равенство всех национальностей и их защиту государством. Свое идейное обоснование эта идеология нашла в официальной политике США, Бельгии и Канады. Не можем не признать, что игнорирование национального фактора нивелирует политику государства, делает ее неэффективной. Реализуя доктрину мультикультурализма, Россия запрещает любую дискриминацию по расовому, национальному и языковому признакам. Лица, проживающие на территории Российской Федерации, равны в своих правах, независимо от различий по таким основаниям [22, с. 67; 23, с. 90; 25, с. 67].

Отношения с участием этнических меньшинств в регионах Российской Федерации регулируются на уровне их конституций и уставов, а также в актах комплексного регулирования (о языках, об образовании, о культуре, о местном самоуправлении и пр.).

В некоторых субъектах Российской Федерации приняты и действуют законы, в которых определяется правовой режим организации и деятельности национально-культурных автономий на соответствующих территориях. Примерами таких актов являются Закон Республики Башкортостан «О национально-культурных автономиях в Республике Башкортостан» от 17 марта 1998 г. № 145-З, Закон Ульяновской области «О государственной поддержке национально-культурных автономий в Ульяновской области» от 5 февраля 2010 г. № 05-ОЗ, Закон Еврейской автономной области «О формах государственной поддержки региональных и местных национально-культурных автономий на территории Еврейской автономной области» от 29 сентября 2010 г. № 813-ОЗ. Аналогичные законы действуют в Республике Бурятия, в Московской и Томской областях и др. В Республике Мордовия такой закон был принят 1 декабря 2004 года [17].

В ряде субъектов приняты региональные программы национальной политики (например, в Кабардино-Балкарии, Удмуртии, Самарской области и др.). Нередко для придания им особой статусности и в целях актуализации на их реализации значительного числа субъектов и усиления степени ответственности должностных лиц – инициаторов и исполнителей программ – соответствующие программы утверждаются законодательными актами регионов. Однако, следует помнить, что такая регламентация вряд ли необходима, поскольку в программах указываются сроки и этапы ее реализации, конкретные исполнители, объемы финансирования и т.п., то есть она включает достаточное количество положений, которые не являются в чистом виде нормативными. Их регламентация – прерогатива либо подзаконного акта, либо акта правоприменительного характера. Хотя нельзя отрицать тот факт, что законодательная регламентация таких программ, безусловно, повышает степень их действенности.

Анализ действующего законодательства позволяет сделать вывод о том, что на территории Российской Федерации представители нацменьшинств могут реализовывать этнические права: определение принадлежности к конкретному национальному меньшинству, сохранение и развитие родного языка, сохранение и развитие национальной культуры, существование и сохранение собственной самобытности и пр.

В целях реализации этнических прав лица, принадлежащие к национальным меньшинствам, могут создавать культурные организации, учреждения и предприятия по производству, тиражированию и распространению культурных ценностей, благ, посредничеству в области культурной деятельности (ст. 15 Основ законодательства РФ о культуре).

Такие организации – неотъемлемый компонент гражданского общества. Поэтому мы должны вести речь о том, что этнические права реализуются, в первую очередь, в рамках гражданского общества и различных его институтов. Через национально-культурные автономии представители различных национальных меньшинств получили возможность выражать национальные потребности и интересы.

Современная Республика Мордовия – полиэтничный и поликонфессиональный субъект Российской Федерации. В ней проживают представители около 120 национальностей (мордва, русские, татары, белорусы, чуваши др.).

Разнообразные формы национального движения, как отмечают современные исследователи, стали возникать в Мордовии в конце ХХ в. Именно они являют собой яркий пример субъектов гражданского общества, действующих в заданной сфере. Функционирование таких институтов имеет целью не только решение национального вопроса, но и рост благосостояния региона в целом [21, с. 3].

Первое такое движение было создано М.Е. Евсевьевым в Казани в 1917 году. Называлось оно «Мордовское культурно-просветительское общество». Его целью было поднятие культурного состояния мордвы. С этого времени национально-просветительские общества мордвы стали создаваться во многих частях России, в том числе в 1923 г. в Москве начало работать самое известное и самое масштабное из них «Сыргозема». Члены таких обществ пропагандировали мордовскую культуру, по крупицам собирали, сохраняли и передавали исторические факты о жизни мордвы, пропагандировали ее язык и традиции [см. подробнее: 21, с. 4-5].

Современные национальные общественные организации мордвы создаются уже в 90-е годы прошлого столетия. Наиболее ярко показали себя члены национального общества «Вельмема» [21, с. 4]. На его основе созданы общество «Вайгель» («Голос», занимавшееся культурным просвещением, в основном в сфере национального языка) и «Эрзянско-мокшанское общественное движение «Масторава» (наряду с культурно-просветительской деятельностью его члены занимались политикой).

Упомянутые организации внесли значительный вклад в дело возрождения, сохранения и преумножения самобытной культуры мордовского народа. При их непосредственном участии был открыт Национальный театр, принят в 1998 году Закон «О государственных языках», активизировалась работа с диаспорой и т.д. С 1992 года проводятся съезды мордовского народа, на которых обсуждаются основные проблемы организации быта и культуры мордвы.

В Мордовии сегодня официально зарегистрированы и осуществляют свою деятельность не только мордовские, но татарские, украинские, армянские и азербайджанские национальные объединения, в том числе одно имеет статус межнационального. Наиболее известны среди них (кроме уже упомянутой выше «Масторавы») Межрегиональное общественное движение мордовского (мокшанского и эрзянского) народа, «Мордовский республиканский общественный фонд спасения эрзянского языка», «Союз тавлинских мастеров «Эрьзмезь»», Региональная национально-культурная автономия татар Республики Мордовия «Якташлар» («Земляки»), Местная национально-культурная автономия украинцев, Региональное отделение Общероссийской общественной организации «Союз армян России» в Республике Мордовия, Региональное отделение Общероссийской общественной организации «Всероссийский азербайджанский конгресс» по Республике Мордовия.

Как одну из современных тенденций организации и деятельности гражданского общества в сфере реализации права на самоопределение следует отметить вовлечение в этот процесс молодежи, что выражается в создании и активном функционировании на территории современной Республики Мордовия таких молодежных организаций как Мордовская республиканская молодежная общественная организация «Фольклорно-этнографическая студия «Торама», Молодежное общественное движение мордовского народа Республики Мордовия.

Национальные объединения озабочены сохранением, в первую очередь, национальных языков. Его популяризация – важнейшее условие возрождения национальной самобытной культуры. В большинстве школ Республики Мордовия сегодня изучаются мордовские языки.

В структуре Мордовского государственного университета им. Н.П. Огарева осуществляет образовательную и научно-исследовательскую деятельность Институт национальной культуры.

Особая роль отводится празднованию национальных праздников («Акша келу», «Раськень озкс», «Велень озкс», «День славянской письменности и культуры», «Сабантуй»), паспространению национального прикладного творчества.

Создаются и функционируют центры национальной культуры. Национальные объединения занимаются изданием собственной печатной продукции («Мокшень Правда», «Эрзянь Правда», «Эрзянь Мастор», «Юлдаш»).

На новый уровень выходит сегодня в Мордовии и нормативное оформление деятельности органов власти и управления региона в вопросах решения национального вопроса и реализации национальной политики.

Так в развитие положений федеральной Стратегии государственной политики Российской Федерации в Республике Мордовия распоряжением Правительства Республики Мордовия от 28 октября 2013 г. № 654-Р был утвержден План мероприятий по реализации в 2013-2015 годах в Республике Мордовия Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации до 2025 года [19].

Постановлением Правительства Республики Мордовия от 18 ноября 2013 года № 507 утверждена Государственная программа «Гармонизация межнациональных и межконфессиональных отношений в Республике Мордовия» на 2014-2020 годы [18].

В качестве ее основных целей провозглашены: упрочение гражданской солидарности и общероссийского гражданского самосознания в условиях формирования российской идентичности (осознания принадлежности к российской нации); гармонизация межэтнических и межконфессиональных отношений в формате единения региональной полиэтнической общности – народа Республики Мордовия (при условии сохранения и развития этнокультурного и языкового многообразия народов, населяющих Республику Мордовия); обеспечение равенства прав и свобод человека и гражданина независимо от расы, национальности, языка, отношения к религии и других обстоятельств; успешная социокультурная адаптация и интеграция внутренних и внешних мигрантов в региональное многонациональное сообщество, противодействие распространению идей экстремизма и ксенофобии.

Средствами и условиями реализации Программы признаны эффективное управление в сфере национальной политики, сохранение и развитие духовного и культурного потенциала народов, проживающих на территории Республики Мордовия, развитие социальной инфраструктуры учреждений, этнокультурного и регионального брендинга, государственная поддержка национально-культурных инициатив и др.

В координацию деятельности различных субъектов гражданского общества в сфере национальной политики вовлечены Общественная палата Республики Мордовия, Координационный Совет Республики Мордовия по демографической и миграционной политике, Общественный Совет по развитию православной культуры при Главе Республики Мордовия, Экспертно-консультативный совет по межнациональным и межконфессиональным отношениям при Министерстве по национальной политике Республики Мордовия.

Таким образом, в Республике Мордовия созданы сегодня все необходимые предпосылки для реализации в полной мере права на самоопределение и иных связанных с ним этнических прав. Весомая роль в этом отводится не только государственно-властным инстанциям, но и институтам гражданского общества с их достаточно развитой по современным меркам инфраструктурой и контактами, в том числе и межкультурными.

Список литературы

  1. Конституция Российской Федерации: принята всенар. голосованием 12 дек. 1995 г. // Российская газета. – 1993. – 25 дек.

  2. Устав ООН (принят в г. Сан-Франциско 26 июня 1945 г.) // Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. – М.: Госполитиздат, 1956. – Вып. XII. – С. 14-47.

  3. Всеобщая декларация прав человека 1948 г.: принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 дек. 1948 г. // Российская газета. – 1995. – 05 апр.

  4. Международный пакт о гражданских и политических правах, принят резолюцией 2200 А (XXI) Генеральной Ассамблеи ООН от 16 дек. 1966 г. // Ведомости Верховного Совета СССР. – 1976. – № 17. – Ст. 291.

  5. Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах от 16 июня 1966 г. // Ведомости Верховного Совета СССР. – 1976. – № 17. – Ст. 292.

  6. Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискри­минации 1965 г.: заключена 12 дек. 1965 г. // Международная защита прав и свобод человека: сборник документов. – М.: Юрид. лит., 1990. – С. 125-139.

  7. Конвенция о борьбе с дискриминацией в области образования: заключена в Париже 14 дек. 1962 г. // Ведомости Верховного Совета СССР. – 1962. – № 44. – Ст. 452.

  8. Декларация ООН о ликвидации всех форм расовой дискриминации: принята 20 нояб. 1963 г. резолюцией 1904 (XVIII) Генеральной Ассамблеи ООН // СПС «Гарант».

  9. Декларация о правах лиц, принадлежащих к национальным или этни­ческим, религиозным и языковым меньшинствам 1992 г.: принята резолюцией 47/135 Генеральной Ассамблеи ООН 18 дек. 1992 г. // СПС «Гарант».

  10. Декларация о расе и расовых предрассудках: принята в г. Париже 27 нояб. 1978 г. // Международные нормативные акты ЮНЕСКО. – М.: Логос, 1993. – С. 223-230.

  11. Основы законодательства Российской Федерации о культуре: Закон РФ от 9 окт. 1992 г. // Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета РФ. – 1992. – № 46. – Ст. 2615.

  12. О языках народов Российской Федерации: Закон Российской Федерации от 25 окт. 1995 г. № 1807-1 // Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета РФ. – 1991. – № 50. – Ст. 1740.

  13. О библиотечном деле: Федеральный закон от 29 дек. 1994 г. № 78-ФЗ // Российская газета. – 1995. – 17 янв.

  14. О национально-культурной автономии: Федеральный закон от 17 июня 1996 г. № 74-ФЗ // Российская газета. – 1996. – 25 июня.

  15. О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации: Федеральный закон от 30 апр. 1999 г. № 82-ФЗ // Российская газета. – 1999. – 03 мая.

  16. Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 г.: утв. Указом Президента РФ от 12 мая 2009 г. № 537 // Российская газета. – 2009. – 19 мая.

  17. О государственной поддержке национально-культурных автономий: Закон Республики Мордовия от 01 дек. 2004 г. № 93-З // СПС «Гарант».

  18. Государственная программа «Гармонизация межнациональных и межконфессиональных отношений в Республике Мордовия» на 2014-2020 год: утв. Постановлением Правительства Республики Мордовия от 18 ноября 2013 г. № 507 // СПС «Гарант».

  19. План мероприятий по реализации в 2013-2015 годах в Республике Мордовия Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации до 2025 года: утв. распоряжением Правительства Республики Мордовия от 28 октября 2013 г. № 654-Р был утвержден // СПС «Гарант».

  20. Абрамов В.К. Мордовская историография социально-политических проблем / В.К. Абрамов // Успехи современного естествознания. – 2011. – № 3. – С. 12-17.

  21. Абрамова О.В. Мордовские национальные общественные организации в современном этнополитическом и этнокультурном пространстве Республики Мордовия // Вестник Чувашского университета. – 2011. – № 2. – С. 3-7.

  22. Буханова А.С. Коллизия принципов самоопределения народов, территоральной целостности государств и возможные пути ее разрешения / А.С. Буханова // Право и управление. XXI век. – 2011. – № 4. – С. 67-71.

  23. Герасимова О.Е. Право наций на самоопределение как фактор гармонизации этносоциальных отношений в современном мире / О.Е. Герасимова // Вестник Тамбовского университета. – 2009. – № 4. – С. 89-94.

  24. Грохотова В.В. Международно-правовое регулирование и защита прав национальных меньшинств / В.В. Грохотова // Вестник Новгородского университета. – 2012. – № 69. – С. 16-22.

  25. Манапова В.Э. Межкультурное взаимодействие в современном мире / В.Э. Манапова // Научные проблемы гуманитарных исследований. – 2013. – № 1. – С. 185-190.

  26. Тихомиров Ю.А. Право народов на самоопределение: современная аостановка вопроса / Ю.А. Тихомиров, Т.Я. Хабриева // Журнал заруежного и сравнительного правоведения. – 2010. – № 4. – С. 9-19.

  27. Цагараев М.А. Современная трактовка принципа народов на самоопределение / М.А. Цагараев // Социология власти. – 2008. – № 5. – С. 173-180.