О журнале

Правила

публикации

Требования

к материалам

Контакты

Приветствуем вас на страницах сайта журнала

"Этнос и право"!

№ 1 2014 год
№ 2 2014 год
№ 1 2015 год
№ 2 2015 год
№ 3 2015 год
№ 4 2015 год
№ 1 2016 год
№ 2 2016 год
№ 3 2016 год
№ 4 2016 год
№ 1 2017 год
№ 2 2017 год
№ 3 2017 год
№ 4 2017 год
№ 1 2018 год
№ 2 2018 год
№ 3 2018 год
№ 4 2018 год
№ 1 2019 год
№ 2 2019 год
№ 3 2019 год
№ 4 2019 год
№ 1 2020 год
№ 2 2020 год
№ 3 2020 год
№ 4 2020 год
№ 1 2021 год
№ 2 2021 год
 

ПРАВО НАРОДОВ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА


Сушкова Ю.Н., д.и.н., доцент

Баева Е.В., магистрант


Право народов (jus gentium) - третий элемент старого римского права.

Оно сложилось из Законов XII таблиц, постановлений Народного собрания Рима, Сената, респонса римских юристов.

Право народов (jus gentium) - разновидность римского гражданского права; право, единообщее для всех народов, общенародное право. Его действие распространялось на все римское население, включая перегринов. В современном понятии это международное право.

Выдающееся значение для право народов - ius gentium. Ульпиан определял его следующим образом: «Право народов - это то, которым пользуются народы человечества». Далее в Дигестах, во фрагменте, принадлежащем Гермогениану, раскрывается содержание этого права: «Этим правом народов введена война, разделение народов, основание царств, разделение имуществ, установление границ полей, построение зданий, торговля, купли и продажи, наймы, обязательства, за исключением тех, которые введены цивильным правом». Наконец, важную характеристику сущности этого права находим во фрагменте, принадлежащем Гаю: «...то же право, которое естественный разум установил между всеми людьми, соблюдается у всех одинаково и называется правом народов, как бы тем правом, которым пользуются все народы».

Из приведенных высказываний следует, что право народов - это не право отдельной нации или группы наций, тем более, не международное право. Это то право, которое довольно единообразно складывается у всех наций под влиянием единообразных задач при регулировании естественных (установленных «естественным разумом») отношений. Это то право, которое будучи уже выработанным одной наций, может быть применено и другой. Иными словами, это универсальные начала и категории, тот правовой опыт, который может быть востребован каждой нацией, находящейся на соответствующей ступени хозяйственного и общественного развития.

Цивильное право и право народов - системы позитивного права, права в объективном смысле. Составляющая частного права - право естественное (ius naturale) подобным не является.

Ульпиан следующим образом определяет его: «Право народов - это то, которому природа научила все живое: ибо это право присуще не только человеческому роду, но и всем животным, которые рождаются на земле и в море, и птицам; сюда относится сочетание мужчины и женщины, которое мы называем браком, сюда же порождение детей, сюда же воспитание; мы видим, что животные, даже дикие, обладают знанием этого права».

Принцип права народов: главное не то, что было сказано, а то, что имелось в виду.

Первоначально право народов состояло из договоров, заключенных Римом с иностранными державами.

Цивильное право применялось только к римским гражданам. Старое римское право называлось цивильными и делилось на две части: публичное и частное. С развитием производства и обмена, с расширением торго­вого оборота, стало необходимым признать основные частные права (право собственности, право заключения договоров и т. д.) и за не римлянами. На этой почве и сложилась система права, получившая название ius gentium.

В итоге исторического развития эта система включила в себя разные эле­менты. К понятию права народов относилось древнее право, регулировавшее договоры римлян с иностранными общинами по установлению взаимного права вступления в брак (conubium) и права торговли (commercium). Затем к нему относилось обычное право, применявшееся в практике торговых отно­шений и имевшее общий характер благодаря племенному родству и тесным экономическим связям членов латинского союза, например, свободные от формализма сделки обмена. Наконец, с распространением римского господ­ства на провинции право народов заимствовало торговые институты различ­ных частей империи.

Право народов не зависело от римских традиций, оно придерживалось тех правил, которые установлены для людей Высшим разумом. По сравнению с цивильным правом право народов является более гибким. Оно сложилось из правовых норм и торговых обычаев других стран античного мира, а также было заимствовано устрани, находящихся в торговых отношениях с Римом или попавших под его господство. Право народов римляне применяли в отношениях соседними и покоренными государствами.

Ius gentium становится синонимом универсального права, противопостав­ляемого, с одной стороны, ius civile, а с другой - национальным правам на­родов, участвующих в римском товарообороте. Поскольку нормы ius gentium применялись римским претором в Риме, оно остается римским правом. Пре­тор перегринов фиксировал нормы ius gentium и работал в постоянном со­прикосновении с городским претором. Последний в некоторых случаях при­меняет нормы ius gentium к спорам между гражданами, если они возникли из коммерческих отношений. Когда претор признавал данное притязание под­лежащим защите, но это притязание не могло быть основано нормами ци­вильного права, преторы давали формулы исков, основанные на фактах (in factum conceptae), в которых основные моменты заимствовались из обычаев международной торговли и оборота. Так образовалось право, целиком прино­ровленное к жизни; оно разрабатывалось практикой судебных магистратов и нередко выражалось в торговых обычаях. Ius gentium соответствовало сложной стадии организации обмена товаров в самых разнообразных отношени­ях. В противоположность цивильному праву, строго формальному и мало по­движному, право народов лучше и быстрее приспособляется к развивающим­ся потребностям. Свободное от традиций глубокой старины выросшее на базисе экономических, в частности, торговых отношений, в которых участво­вали и римляне и представители других народностей, ius gentium является правом универсальным в том смысле, что оно применяется ко всем участни­кам торгового оборота, независимо от их гражданства.

Находясь в постоянном взаимоотношении, право народов и римское частное право долгое время дополняли друг друга, хотя право народов обладало некоторым преимуществом.

Постоянно развиваясь, право народов оказывало влияние на квиритское право, из-за чего последнее стало утрачивать свои специфические черты.

Созданное преторами перегринов право народов было внутригосударственным правом, а не международным. Оно представляло собой наиболее совершенную и развитую часть римского права.

Начиная со времени формирования права народов были надежно защищены экономические отношения (как только сформированные, так и развитые). В связи с этим цивильное и преторское право были сближены.

Наибольшее влияние право народов оказало на оборот недвижимого имущества и договорное право.

Римские юристы относили к праву народов определение рабства и отпущение рабов на волю, поскольку эти институты не были институтами римского права. Кроме этого, к праву народов были отнесены некоторые гражданские правоотношения, возникновение отношений по поводу купли-продажи, найма или какого-либо обязательства, за исключением отношений, введенных римским правом.

Все народы пользовались и своим собственным правом, и правом, предусмотренным для всего народа. По этому поводу в той или иной ситуации возникали различные противоречия между применяемым правом. Например, письменная форма обязательства применялась первоначально у перегринов, а затем была заимствована римскими гражданами.

С течением времени цивильное право (jus civile) и право народов стали сближаться. При практическом применении обе системы находились в постоянном взаимодействии; наблюдалось взаимное влияние одной системы на другую. Право народов влияло на цивильное право ввиду того, что первое больше отвечало потребностям хозяйственной жизни Рима. Некоторые нормы цивильного права проникали в систему права народов (например, по Законам XII Таблиц нормы о краже не распространялись на перегринов; в практике эти нормы стали применяться и к перегринам). При Юстиниане цивильное право и право народов составили единую систему права, в которой преобладало право народов как право более развитое. Римское гражданское право стало правом международным, общим для всех граждан Римской империи.


Конституция Российской Федерации обладает как минимум тремя значения понятию «народ». Первое, это политическая общность граждан Российской Федерации, являющихся источником и субъектом публичной политики (преамбула и 3 ст. Конституции РФ). В данном смысле «народ» тождественен понятию «нация». Права нации регулируются гражданским правом.

Во-вторых: статьи 9, 69, 71 Конституции также определяют «народ» как территориальную общность, проживающую на определенной территории, которая может быть истолкована как этнотерриториальное образование и сообщество. Так в статье 9 упоминаются народы, проживающие на соответствующей территории, основой жизни и деятельности которых является земля и другие природные ресурсы. Статья 69 упоминает категорию «коренных малочисленных народов», 71 статья определяет права «национальных меньшинств».

Третье значение дает Преамбула и 5 ст. Конституции, определяющие народ как политико-территориальную общность, обладающую равноправием и правом на самоопределение. В этом определении подчеркивается надконфессиональный внеклассовый характер, надэтнический, а также территориальный характер этой общности. Точнее речь идет о региональном сообществе.

То есть, если права нации регулируются гражданскими правами, то права этнических, территориальных, региональных сообществ регулируются правами народов.

Важными принято считать пять основных групп прав народов: экономические, политические, социальные и культурные и внутренне присущие права.

Экономические права также являются важным блоком прав народов. К экономическим правам относятся неотъемлемый суверенитет над своими природными богатствами, на свободное распоряжение ими.

Право на свободное распоряжение природными богатствами затронуто в Декларации ООН о правах коренных народов (Россией на подписана), Конвенции МОТ «О коренных народах и народах, ведущих племенной образ жизни в независимых странах». В Российской правоприменительной практике предусмотрено приоритетное использование водных, биологических и других ресурсов коренными народами, чья жизнь зависит от данных ресурсов. Тем не менее, речь идет, прежде всего, о возобновляемых ресурсах, использование которых нередко в силу неразвитости инфраструктуры, дороговизны транспортировки и других условий возможно только в среде самих этих народов.

Следовательно, экономическое участие коренных многочисленных народов особым порядком не регулируется отдельно и проходит на общих основаниях, а экономическое участие коренных малочисленных народов в рамках общероссийского рынка сводится к созданию зон этнотуризма (экотуризма). Учитывая, что рынок экотуризма фактически уже поделен между уже существующими микрогосударствами и «новыми демократиями» и сам по себе недостаточно эластичен, развитие коренных малочисленных народов остается до сих пор под вопросом. Ситуацию могло бы изменить введение дополнительных квот на разработку природных ресурсов на территории коренных народов, и обеспечение гарантий получения дохода от добычи природных ископаемых коренными народами, как это происходит в Канаде.

Политические права народов. К ним относятся права народов на суверенитет и на власть.

Эта категория прав российским законодательством ограничивается.

Право на суверенитет угрожает проявлением авантюристской политики и появлением новых государств, угрожающих региональной безопасности, как я отмечал ранее.

Право на власть гарантировано в той части, в какой возможно квотированное участие национальных меньшинств и коренных народов в работе органов власти, хотя и здесь не во всех субъектах федерации региональная администрация идет на должное предоставление квот для различных населяющих регион этнических групп. Право на власть также ограничено тем, что законодательство не подразумевает создание этнических выборных органов власти, без решения которых невозможно принять решение в отношение данной этнической группы на федеральном и региональном уровне (например, в странах северной Европы действует саамский парламент, согласующий вопросы, касательно саамов этих стран).

Также значительно ограничены возможности для проведения референдума: прежде всего сроками проведения, сроками подготовки референдума, темами, которые можно затронуть на референдуме.

К внутренне присущим правам относят, в первую очередь, право на самоопределение.

Самоопределение народа включает не только право на отделение. Современное право предлагает многочисленные формы самоопределения для этнических групп. Некоторые народы могут самоопределиться вплоть до отказа, от какой бы то ни было независимости. Другие - могут самоопределиться, отдав часть своих прав сообществу, а частью будут распоряжаться самостоятельно. Третьи - вообще откажутся от какого, бы то ни было опекунства или протектората.

Полиэтническая специфика и особенности национальной политики в советский период привели к тому, что по духу конституции России при определении той или иной формы самоопределения основополагающим критерием является то, что субъектом его должны быть не только конкретные «титульные» народы республик, а все их население, исторически проживающее на данной территории. На практике это не всегда удается реализовать. Кроме этого сохранения своего этнонима в названии республики или автономного округа ничто другое не является исключительным правом «титульного» народа, за исключением второго государственного языка на данной территории (фактически - регионального языка).

Во многих случаях территориальное самоопределение возможно на относительно небольшой территории, которая становится районом в рамках субъекта Федерации. И политическое самоопределение сводится лишь к самоуправлению.

Региональные законодательные органы наделены правом, определять особый статус городов и территорий, поселков, претендующих на самоопределение. Тем не менее, проблема заключается в том, как определить историческую территорию конкретного народа. В большинстве случаев региональные власти позволяют самоопределиться конкретным населенным пунктам, однако тундра, тайга и горы также являются исторической территорией коренных народов.

Отдельная проблема - самоопределение коренных малочисленных народов, общая численность которых составляет около 250 тыс. человек.

Определение дефиниции «коренные малочисленные народы» дано в федеральном законе № 82-ФЗ «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации». Это те народы, проживающие на территориях традиционного расселения своих предков, сохранившие традиционные уклад жизни, хозяйствование и промыслы, насчитывающие в России менее 50 тыс. человек и осознающие себя самостоятельными этническими общностями.

Так как чаще всего они не проживают компактными группами, в отношении них используется такая форма самоопределения как самоуправление, включающего в себя такие формы как национальные районы, национальные сельские населенные пункты, национальные поселки.

Через Федеральный закон «О гарантиях прав коренных малочисленных народов», предусматривающий такую форму общественного самоуправления малочисленных народов как общины. Наряду с этим закон устанавливает право малочисленных народов создавать в местах их компактного проживания территориальное общественное самоуправление (ТОС) в целях социально-экономического и культурного развития, решения других вопросов своей жизнедеятельности.

Иную группу риска представляют этнические (национальные) меньшинства. Определение термина «национальные меньшинства» не содержат ни Конституция РФ, ни действующее законодательство.

Наиболее перспективной формой самоопределения этих народов является национально-культурная автономия, направленная на защиту, сохранение и развитие их культуры. Основная идея - найти способ соединения интересов личности, нации и многонационального сообщества, не нарушая при этом территориальной целостности государства и не препятствуя интеграционным процессам.

На практике такой подход сопряжен с рядом трудностей. Первое: в «титульных» регионах администрация не всегда соблюдает пропорциональность представительства различных этнических групп. Группы, представляющие большинство населения, могут быть ограничены в представительстве и могут ощущать угрозу своей культуре, так как по закону не могут создать НКА.

Право народов на родной язык относится ко второй обширной группе прав, к культурным правам. Без решения вопроса о языке невозможно обсуждать проблемы сохранения культуры, самобытности. В международно-правовом дискурсе обозначилась особая категория прав - языковых прав, которые, как показал анализ деятельности ООН и ОБСЕ, рассматриваются ныне в качестве неотъемлемой и важнейшей составляющей общей системы прав человека и народов.

Понятие «родной язык» используется Конституцией РФ. Согласно ч. 3 ст. 68 Конституции «Российская Федерация гарантирует всем ее народам право на сохранение родного языка, создание условий для его изучения и развития». Под родным языком понимается язык, на котором человек говорит с детства, а в некоторых случаях - национальный язык национального меньшинства.

Русский язык является государственным языком на территории России, республикам в составе России разрешено устанавливать свои государственные языки, действующие наравне с русским на данной территории. Это в целом согласуется с Европейской хартией региональных языков или языков меньшинств. Однако в настоящее время недостаточно проработан механизм защиты тех жителей республик, для которых региональный язык не является родным. Незнание регионального языка используется региональными властями для ограничения участия нетитульного населения в управлении республиками.

Также многие этнические группы не имеют автономий, а некоторые из них в своих национально-территориальных образованиях составляют меньшинство. Отсутствие у ряда национальностей своей автономии ставит их в отношении гражданских прав, в частности права на использование родных языков, в неравные условия с титульными национальностями, что приводит в итоге к их ассимиляции и дезинтеграции.

Гарантия развития языка также не означает его сохранения, так как развитие языка предполагает его ежедневное практикование, которое часто не может обеспечить ни НКА, ни региональные власти.

Иные культурные права - неприкосновенность культовых сооружений, мест захоронения, усиление регионального компонента в образовании, возвращение этнической топонимики, дублирование на родной язык наименований и т.п.

Культовые объекты и объекты народного наследия занимают важнейшее место в духовной жизни народов. Несмотря на то, что у государства есть все основания объявлять эти объекты находящимися под его защитой, фактически нет возможности обеспечить их сохранность.

Учитывая право народов на безопасность, нет юридических препятствий для учреждения на базе МВД иррегулярных сил народной полиции, которая кроме безопасности на культовых объектах и местах культурного наследия, могла бы участвовать в пресечении межэтнических конфликтов и ликвидации последствий стихийных бедствий. Логика реформы МВД диктует дальнейшее учреждение подобных структур. Прототипами таких сил народной самообороны могут служить козаки, чеченские батальоны «Восток» и «Запад», курдские отряды «пешмерга».

Ликвидация регионального компонента в образовании, произошедшее в 2009 году – это нарушение прав народов. Это также шаг в сторону принудительной унификации народов России.

Библиографический список

1.Конституция Российской федерации М., 1993.

2. Александров В.А Обычнре право крепостной деревни России. М., 1984.

3. Арутюнов С.А Народы и культуры: развитие и взаимодействие. М., 1989.

4. Всеобщая история права и государства. В.Г. Графский, М., 2000.

5. Ибраев А.С Правовая культура кочевого общества и ее место в истории цивилизации / История государства и права. 2010 №1 с. 2-6.

6. Изгоев А.С. Общинное право. Спб., 1996.

7. История государства и права России. И.А. Исаев, М.,2004

7. Комаров С.А. Общая теория государства и права. - М., 2007.

8. .Лаптева Л.Е Исследования обычного права народов Российской империи./ Государство и право.2007 №8. с. 101-103.

9. Нерсесянц B.C. Право и закон. М., 1983. С. 5.

10. Общая теория права и государства. В.С. Нерсесянц, М., 2002.

11. Общая теория и права. / Под ред. А.С. Пиголкина. - М., 1995.

12. Римское право. О.А. Омельченко, М., 2004.

13. Теория государства и права. М.Н. Марченко, М.,2003.