ФАБРИЧНОВ Ю.И.

ФАБРИЧНОВ Ю.И.

Место учебы: ФГБОУ ВО «Национальный исследовательский Мордовский государственный университет им. Н. П. Огарёва», магистрант кафедры теории, истории государства и права и международного права юридического института.

ПРОБЛЕМА РЕАЛИЗАЦИЯ ПРИНЦИПА РАЗДЕЛЕНИЯ ВЛАСТЕЙ

Аннотация. В статье анализируются ключевые проблемы реализации конституционного принципа разделения властей в Российской Федерации. На основе изучения научных источников рассматриваются исторические предпосылки, конституционная модель и её противоречия. Центральное внимание уделяется дисбалансу в системе сдержек и противовесов, неопределённому статусу иных государственных органов, а также особенностям реализации принципа на региональном уровне. Формулируются выводы о системном характере выявленных проблем и возможных направлениях совершенствования конституционно-правовых механизмов.

Ключевые слова: разделение властей, государственная власть, система сдержек и противовесов, президентская власть, конституционный принцип, органы государственной власти.

THE PROBLEM IS THE IMPLEMENTATION OF THE PRINCIPLE OF SEPARATION OF POWERS

Abstract. The article analyzes the key problems of the implementation of the constitutional principle of separation of powers in the Russian Federation. Based on the study of scientific sources, the historical background, the constitutional model and its contradictions are considered. Central attention is paid to the imbalance in the system of checks and balances, the uncertain status of other government agencies, as well as the specifics of the implementation of the principle at the regional level. Conclusions are drawn about the systemic nature of the identified problems and possible directions for improving constitutional and legal mechanisms.

Keywords: separation of powers, state power, system of checks and balances, presidential power, constitutional principle, public authorities.

Принцип разделения властей, теоретически обоснованный в трудах Дж. Локка и Ш. Монтескье, утвердился в мировой конституционной практике как неотъемлемый атрибут демократического правового государства, главным назначением которого является предотвращение узурпации и произвола через рассредоточение государственной власти и создание системы её внутреннего контроля.

Исторический путь России характеризовался длительным господством моделей концентрированной власти (самодержавие, советская система), что сформировало устойчивую политико-правовую традицию. Хотя идеи разделения властей высказывались еще М.М. Сперанским и нашли частичное отражение в Судебных уставах 1864 г., но «в полной мере данный принцип не был осуществлен, т.к. в последующие годы было принято множество нормативно-правовых актов, которые противоречили данному уставу» [1, с. 305]. В советский же период этот принцип вообще официально отвергался как «буржуазный». Конституции СССР 1924, 1936 и 1977 гг. закрепляли модель, где вся власть формально принадлежала Советам, а на деле была сосредоточена в руках партийно-государственного аппарата, что исключало саму возможность реального разделения и взаимного контроля.

Качественный сдвиг произошел с принятием Конституции РФ 1993 года, провозгласившей разделение государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную (ст. 10) и самостоятельность соответствующих органов [2]. Однако уже на этапе конституционного оформления проявилась специфическая российская модель, в которой ключевая роль отведена Президенту РФ как «гаранту Конституции» и арбитру, обеспечивающему согласованное функционирование властей (ст. 80). Эта изначальная двойственность – провозглашение классической триады и одновременное возвышение над ней президентской власти – заложила основу для системных проблем реализации.

Основной и наиболее обсуждаемой проблемой является доминирующее положение Президента РФ, которое приводит к деформации системы сдержек и противовесов. Согласно Конституции, Президент не входит ни в одну из трех ветвей власти, а является «органом самостоятельной ветви государственной власти» и обладает уникальным комплексом полномочий, затрагивающих все сферы [3, с. 53]. Фактически Президент руководит Правительством, формируя его, председательствуя на заседаниях и имея право отправлять его в отставку, что ставит под сомнение конституционную норму о том, что исполнительную власть осуществляет именно Правительство (ст. 110). Таким образом, «данная ветвь власти на современном этапе осуществляет свою деятельность под значительным влиянием президента» [4, с. 71]. В законодательной сфере право законодательной инициативы, вето и роспуска Государственной Думы создают мощные рычаги влияния на парламент, который на практике зачастую выступает как пассивный субъект, не реализующий в полной мере свои контрольные полномочия. Наличие полномочий по формированию судейского корпуса также создает потенциальные риски для принципа независимости судебной власти. Такая концентрация полномочий позволяет исследователям говорить о формировании самостоятельной «президентской ветви власти или даже о возвышении института президента над всей системой разделения властей» [5, с. 46], что искажает саму суть принципа.

Также существует проблема конституционно-правового статуса иных органов государственной власти. Классическая триада не охватывает все ключевые органы государственной власти в РФ, что создает «серые зоны» и правовую неопределенность. Наиболее острые вопросы связаны со статусом прокуратуры, Центрального банка, Счетной палаты и избирательных комиссий. Прокуратура, чьи нормы Конституция помещает в главу «Судебная власть», осуществляет надзор, не являющийся ни законодательной, ни исполнительной, ни судебной функцией в чистом виде, что дает основания выделять «надзорную» власть как самостоятельную [3, с. 54]. Конституционные поправки 2020 года, усилившие роль Президента в назначении прокуроров, еще более дистанцировали прокуратуру от судебной системы и усилили ее связь с исполнительной (президентской) вертикалью. Центральный банк, Счетная палата и избирательные комиссии, обладая значительными властными полномочиями, также не вписываются в классическую схему. Их часто относят к органам со «специальными полномочиями» или выделяют в отдельные ветви (финансово-банковская, контрольная) [5, с. 49], что в условиях отсутствия четкого конституционно-правового позиционирования ослабляет прозрачность и подотчетность.

Ослабление системы сдержек и противовесов проявляется в ограниченной эффективности законодательной и судебной властей. Парламент Российской Федерации, несмотря на формально широкие полномочия, зачастую не использует в полной мере контрольные инструменты. Доминирование исполнительной власти в законодательной инициативе и особенности партийной системы также снижают его автономию и превращают в «пассивного субъекта». В сфере судебной власти, несмотря на конституционный принцип независимости, сохраняются проблемы, связанные с вопросами финансирования, кадрового назначения и потенциального внешнего давления. Дискуссионным остается вопрос о роли постановлений Пленума Верховного Суда РФ, которые, формально нося разъяснительный характер, фактически часто выполняют нормотворческую функцию, что можно рассматривать как своеобразное «вторжение» в законодательную сферу и усложнение четкого функционального разграничения.

Также следует отметить и особенности реализации принципа на региональном уровне. Проблемы баланса властей воспроизводятся и усугубляются в субъектах Российской Федерации. Современная правовая основа их организации закреплена в Федеральном законе от 21.12.2021 № 414-ФЗ «Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации», который конституционализирует концепцию единой системы публичной власти [6]. Однако, как и на федеральном уровне, ключевым дисбалансом является доминирующее положение высшего должностного лица (главы региона), то есть «наблюдается перекос в сторону исполнительной власти, выражается это в отсутствие у парламента возможности оказывать влияние на главу субъекта РФ [7, с. 179]. Законодательные (представительные) органы субъектов РФ, будучи напрямую избранными народом и формально обладая законотворческими и контрольными полномочиями, зачастую не имеют действенных механизмов «реализации элементов системы сдержек» [8, с. 54].

Не стоит забывать и о принятых в 2020 году поправки к Конституции РФ, так как по мнению ряда исследователей, скорее могут усугубить существующие проблемы и поспособствуют нарушению принципа независимости каждой ветви власти [1, с. 316]. С одной стороны, были расширены некоторые полномочия парламента. С другой – значительно усилено влияние Президента на судебную систему через механизм отрешения судей по представлению Президента, а также на прокуратуру через новый порядок назначения прокуроров субъектов Федерации. Эти изменения, по сути, легализовали и усилили существовавший дисбаланс, еще более ослабив независимость судебной власти и прокурорского надзора как потенциальных сдержек в системе разделения властей.

Таким образом, реализация принципа разделения властей в Российской Федерации сталкивается с комплексом взаимосвязанных проблем системного характера. Перспективы преодоления этих проблем связаны не с механическим копированием западных моделей, а с поиском такой формы реализации принципа разделения властей, которая, учитывая исторические и политические особенности России, обеспечивала бы реальный, а не декларативный баланс. «Главным образом, разделение властей необходимо для того, чтобы ни одна социальная группа, ни один орган государства не смогли концентрировать всю полноту власти и использовать ее исключительно в личных или корпоративных интересах» [9, с. 9]. Это требует серьезных усилий по укреплению независимости и авторитета судебной системы, активизации реальных контрольных полномочий парламента на всех уровнях, четкого конституционного определения статуса всех органов публичной власти и развития институтов гражданского общества как внешнего контролера.

ЛИТЕРАТУРА:

1 Пьянкова В. М. Принцип разделения властей в контексте российской правовой действительности / В. М. Пьянкова. ‒ Текст : электронный // Вопросы российской юстиции. – 2020. – № 5. – С. 303-318. ‒ URL: https://elibrary.ru/item.asp?id=42611645/

2 Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020). – Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».

3 Голубева Л. А. Особенности реализации принципа разделения властей в Российской Федерации / Л. А. Голубева. ‒ Текст : электронный // Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. – 2007. – Т. 16, № 40. – С. 52-55. ‒ URL: https://elibrary.ru/item.asp?id=14650530.

4 Костина Д. А. О некоторых проблемах реализации принципа разделения властей в Российской Федерации / Д. А. Костина. ‒ Текст : электронный // Эпомен. – 2020. – № 43. – С. 68-72. ‒ URL: https://elibrary.ru/item.asp?id=43855111.

5 Проблемы реализации принципа разделения властей в России / Е. А. Команджаев, В. Б. Бадгаева, Д. С. Шалхакова, Б. А. Адьяева. ‒ Текст : электронный // Вопросы российского и международного права. – 2022. – Т. 12, № 6A. – С. 42-51. ‒ URL: https://elibrary.ru/item.asp?id=49391078.

6 Российская Федерация. Законы. Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации. Федеральный закон от 21 декабря 2021 г. № 414-ФЗ. ‒ Текст : электронный // Консультант Плюс : [справ.-правов. система]. – URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_404070/. – Режим доступа: сеть Интернет.

7 Галиева Е. Б. Особенности реализации принципа разделения властей при построении региональной системы органов государственной власти / Е. Б. Галиева. ‒ Текст : электронный // Мировые научные исследования современности: возможности и перспективы развития : материалы XVI международной научно-практической конференции, Ростов-на-Дону, 31 марта 2022 года. – Ставрополь: Общество с ограниченной ответственностью "Ставропольское издательство "Параграф", 2022. – С. 178-181. ‒ URL: https://elibrary.ru/item.asp?id=48332212.

8 Багавутдин Изавович Гогурчунов, Заур Исамудинович Римиханов. Место законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации в системе публичной власти / Багавутдин Изавович Гогурчунов, Заур Исамудинович Римиханов. ‒ Текст : электронный // Закон и право. – 2025. – № 3. – С. 52-56. ‒ URL: https://cyberleninka.ru/article/n/mesto-zakonodatelnogo-predstavitelnogo-organa-gosudarstvennoy-vlasti-subekta-rossiyskoy-federatsii-v-sisteme-publichnoy-vlasti.

9 Буш Д. П. Роль реализации принципа разделения властей в концепции правового государства / Д. П. Буш. ‒ Текст : электронный // Современные проблемы теории и практики права глазами молодых исследователей : материалы XVI Всероссийской молодежной научно-практической конференции, Улан-Удэ, 24–25 марта 2022 года. – Улан-Удэ: Восточно-Сибирский государственный университет технологий и управления, 2022. – С. 7-10. ‒ URL: https://elibrary.ru/item.asp?id=49165165.